Читать книгу Артефакты Махмуда – Пахлавона онлайн

36 страница из 84

П – пиез[34] – лук тюркск.

А- аез[35] – морковь тюркск.

Л – лахи[36] – мясо), тюркск.

О – олио[37] – масло греч, тюркск.

В – вет[38] – сол, тюркск.

О – об[39] – вода, тюркск.

Ш – шалы[40] – рис, тюркск.

Глава шестая

Подарки сыпятся, как из рога изобилия. Смерть Блатного. Что делать дальше?


Стоило Васе пальцем дотронуться до кристалла, как тот поменял цвет, с прозрачного на зеленый и потеплел. – Эта пиала – тоже, очень интересная и практически волшебная! Или сначала волшебная, даже магическая, а уже потом интересная! Если в пиалу насыпать песка, то через секунду появляется вода! Я если налить плохую воду – она становится чистой! – скривился от сильной боли Блатной, прижимая левую руку к сердцу, а правую к животу. – Ложитесь, не торопясь, на кровать, а я попробую вам помочь! – предложил Вася, одним движением перекидывая пиалу с кристаллом в ноги своей кровати. – Осторожный ты пацан! Такое ощущение, что тебе не десять лет, а все шестьдесят! И в глазах у тебя мудрость не по годам! – кряхтя, выдавил из себя Блатной, с трудом укладываясь на кровати. – Помолчите минуту! – сосредотачиваясь, попросил Вася, вытягивая вперед руки. Создав энергетическое поле, Вася скинул боль у Блатного к ногам, выдернул листок бумаги из первого ящика в тумбочке, и, сбросив на него остатки болевой энергетики, смял бумагу и забросил в угол, где стояло помойное ведро и лежало грязное полотенце. – Боль вся ушла! Дышится очень легко! Как ты это делаешь, пацан? – удивился Блатной, смотря, как Василий, шатаясь, дошел до своей койки, скинул всю одежду, и бегом добежал до ведра с водой. Руками, зачерпывая холоднющую воду, Вася облил себя всего, и быстро поскакал к кровати, где в темпе вытерся пловной тряпкой, одев второй комплект одежды, так, кстати, презентованной главным врачом. – Сейчас бы тебе выпить надо! Немного взбодрить организм, а мне постирать одежду. В ней теперь ходить нельзя! – с сожалением заявил Вася. – Под второй полкой приклеена фляжка и нож! Налей немного себе и мне. Нож себе возьми, а фляжку потом тоже! Этому пидору ничего не давай и ничего у него не бери! Себя опарафинишь! В углу палаты, вверху, нычка – там денег кирпич и камешки. Передай Лафе, а лучше скажи, где деньги – сами за ними придут. Санитарке рублей пять дай, она тебе и постирает и хорошую еду принесет! – снова закашляв, заявил Блатной, рукой показывая, что надо наливать. В тумбочке обнаружились две белые, с синими цветами пиалы, а под второй полкой небольшая, чуть больше ста миллиметров в длину, тонкая серебряная фляжка, с двумя крышками и миллиметров пятидесяти узбекский нож в черных, кожаных ножнах, с вышитым на них геометрическим рисунком цветной кожей и золотыми нитями. На вопросительный взгляд Василия, Блатной, пояснил: – Нож старинный, с секретом. Нажми три раза на лезвие пальцами, и оно станет длиннее в два раза. Очень удобная вещь: и прятать легко и оружие серьезное. Но мне нож уже не нужен. Я сегодня умру. До рассвета, точняк, не доживу. А на фляжке два резервуара – один для коньяка, а второй для спирта, – кивнул головой Блатной на руки Васи, в которых была фляжка с секретом. Вася налил себе на самое дно пиалушки буквально десять граммов темной жидкости и по палате сразу разнесся коньячный аромат старого, выдержанного коньяка. Блатному Вася налил половину пиалы, вытащив из верхнего ящика тумбочки два белых кругляша, твердого, как камень, курта[41]. – Прошу прощения, уважаемый.., – вопросительно посмотрел на Блатного Вася, сделав многозначительную паузу. – Зякат[42] – мое имя, пацан. Это имя знают от Ташкента до Красноводска[43]. Если скажешь, что был в деле с Зякатом, то любой бродяга[44] тебе поможет! А ты уже в деле! – серьезно заявил Блатной, одним глотком выпивая коньяк. Вася открутил вторую крышку фляжки, которая очень удобно лежала в руке, и налил граммов двадцать на ладонь левой руки. Поставив фляжку на тумбочку, вымыл руки в спирте, протерев края пиалы мокрыми в спирту руками, вынул из ножен ножичек, с простым черным лезвием и с силой нажал на курт, готовясь приложить еще усилие. Лезвие разрезало твердое вещество курта, как масло, и на сантиметр углубилось в дерево тумбочки. Оставив лезвие в дереве, Вася, Вася положил две половинки курта на ладонь левой руки и протянул Блатному, имя, вернее кличку, которого, так и не мог повторить. – Мне не угрызть курт – зубов практически не осталось! – объяснил Блатной, виновато улыбаясь. – Одну минуточку! – попросил Вася, рывком выдергивая лезвие ножа из столешницы, и тут же быстро нарезая на ней половинку курта в мелкие пластинки. Нож легко резал твердющий сыр, совершенно не напрягая руку. Взяв одну пластину, Блатной положил ее в рот, и, кивнув головой, взглядом показал на верхний ящик тумбочки. Вася опрокинул в рот свои десять граммов коньяка, покатал во рту, проглотил, и сразу же по – новой, разлил, невзначай выдав:

Правообладателям